Легенды переводческого фронта

Переводческая компания (бюро переводов) «Экспримо» представляет свой проект «Легенды переводческого фронта».

Это сборник интересных историй, интервью и биографий легендарных переводчиков.

Среди них Зоя Васильевна Зарубина, Александр Михайлович Ревич, Виктор Михайлович Суходрев, Виктор Петрович Голышев и многие другие.

Этих людей не даром считают мастерами, титанами своего дела, ведь именно они заложили фундамент современной школы перевода, задали высокие стандарты, которые в наши дни стали основами перевода.

Эти уникальные материалы будут в скором времени составлены в печатный сборник. Пока же мы можем предоставить вам наш проект на сайте переводческой компании (бюро переводов) «Экспримо».

 Виктор Михайлович Суходрев

 Александр Михайлович Ревич

 Виктор Петрович Голышев

 Леонид Вениаминович Володарский

 Михаил Александрович Загот

Легенды переводческого фронта: Михаил Александрович Загот

Когда-то Вы решили поступать в Институт иностранных языков. Почему именно профессия переводчика?

Это было осознанное решение. Вышло так, что после восьмого класса я пошел учиться в радиотехнический техникум. Но вскоре понял: это не совсем для меня. В отроческие годы я сильно увлекся английским языком, который в школе изучал в рамках обязательного минимума, не более того (я учился в самой обычной общеобразовательной школе). Уже тогда я интересовался музыкой и в большой степени именно через нее постигал английский язык (в частности, через творчество группы Beatles) – очень хотелось понять, о чем же поют исполнители. Короче, над изучением языка я очень много работал самостоятельно и в школе, и в техникуме. А уже после армии точно знал, что хочу связать свою жизнь именно с иностранными языками.

В то время о переводе я имел довольно смутное представление. Даже когда я шел поступать в иняз на переводческий факультет, ничего о переводе не знал. Что это такое, не знали и мои родители. У них по жизни были совершенно другие занятия (папа - инженер, мама - музыкант), они даже не знали, где находится мой институт!

Когда я вернулся из армии, - летом, непосредственно перед поступлением - родители нашли некую даму, которая где-то преподавала английский и могла проверить мой уровень и решить, стоит ли мне вообще пытаться поступать в иняз. Послушав меня, она, насколько я понял, осталась не очень довольна. Но я, будучи оптимистом, коим остаюсь и сейчас, решил все-таки попробовать. Пошел на экзамен и получил пятерку.Как на Вас повлияла музыкальная атмосфера, царившая у вас в доме?

Повлияла она так, что вся моя жизнь, можно сказать, идет под музыку. Не так давно у меня брал интервью журнал «Мосты», в числе прочих был задан один интересный вопрос: «Что у Вас отняла профессия переводчика?» Конечно, он шутливый, ведь я своей профессиональной судьбой доволен. Но, думаю, что не стань я переводчиком, стал бы музыкантом. Музыкантом была мама (она закончила консерваторию с отличием, но стала концертмейстером - из-за войны у нее не получилось сделать карьеру концертирующего пианиста), и в нашем доме часто бывали ее студенты - репетировали. Они играли классическую музыку, а я был ребенком любознательным и скоро стал в ней неплохо разбираться. Еще у моей мамы был дядя - первая скрипка в ансамбле Моисеева, а мой брат стал достаточно известным бардом. Брат, кстати, как и я, всю жизнь любил музыку, но работал в проектном институте. Я помню, когда мне было 10 (а ему уже 20), к нам в дом приходили его однокурсники. Все веселые, остроумные, они сходу придумывали песни просто на лету.

Так что атмосфера в доме царила музыкальная. И интерес к иностранному языку у меня развился именно под музыку. Теперь я понимаю, что язык и музыка стоят не так далеко друг от друга - ведь у переводчика должно быть, так сказать, хорошее ухо, музыкальный слух. Думаю, лично мне музыкальный слух в профессиональной жизни очень помогает. Недавно я услышал любопытную фразу: он, мол, переводит не слова, а колебания звука. Имеется в виду, что переводчик с хорошим слухом заранее чувствует, что именно должно прозвучать. Есть такой термин в переводе - «вероятностное прогнозирование», когда ты наперед знаешь, чем закончится предложение. И синхронист успевает закончить фразу раньше говорящего.

Почему же вы все-таки выбрали перевод, а не музыку?

Я играл на бас-гитаре еще в армии. Что-то пел на английском. В институте - тоже. А потом … даже не знаю - был большой музыкальный антракт. Какое-то время у меня дома не было даже гитары. Мне это трудно объяснить. Возможно, я очень увлекся профессией переводчика – ведь она же очень интересная. Я вернулся к музыке только потом - когда у сына, Евгения, обнаружился композиторский талант, и мы стали вместе сочинять песни. Я отвечал за текст. А в последние годы я стал петь сам, даже выпустил два альбома – возможно, я подсознательно пытаюсь компенсировать свой уход от музыки в молодости.

Леонид Володарский недавно заметил, что в вашей профессии нет места творчеству. Что это лишь работа, работа и еще раз работа. Вы согласны с такой точкой зрения?

Не согласен - он же получал удовольствие, когда переводил в синхронном режиме кино! Видимо, он говорил о письменной, сложной и каждодневной работе. Да, это не для всех, и не случайно он ушел из перевода в радиоведущие. Что касается сути, я помню, как одного нашего переводчика художественной литературы (ныне покойного) на какой-то международной конференции спросили, почему он занимается переводом. Он ответил: «Because we want to be creative, but we don’t know what to say». Смысл сказанного отнюдь не лежит на поверхности. На самом деле эта фраза означает, что представители нашей профессии – люди, без сомнения, очень творческие и именно в переводе они нашли для себя способ самовыражения. Я не раз в этом убеждался - я ведь знаю очень многих своих коллег. Все хорошие переводчики - это самостоятельные, остроумные, неожиданные, нестандартные личности. Это, естественно, касается художественного перевода и, конечно же, перевода синхронного. Синхронисту вообще нужно ежесекундно принимать решения, непрерывно контролировать себя и редактировать говорящего. Это творческая работа, после которой люди чувствуют подъем, возникает адреналин. У меня есть множество знакомых, которые занимаются чем-то еще помимо перевода: рисуют, фотографируют, пишут стихи, поют, сочиняют. То есть люди это творческие, талантливые, многосторонне развитые.

А вот насчет того, что перевод – это работа, я с Леонидом Володарским полностью согласен. Это очень серьезная и кропотливая работа. Могу сказать так: классный переводчик – это 10% таланта и 90% работы. И без работы твой талант пропадет, останется невостребованным.

А что вы думаете по поводу современного состояния перевода? Я имею в виду слишком маленькую оплату труда переводчика.

Вы сейчас говорите о переводчиках художественной литературы. Что тут скажешь? Один мой коллега недавно завершил перевод весьма нелегкой книги. Затратил много труда и времени. Он мог себе это позволить, потому что художественный перевод для него - не средство существования. Переводом он занимается в удовольствие.

Отсюда вопрос: какой писатель лучше - богатый или бедный? Что лучше: чтобы писатель страдал, думал, как ему добыть кусок хлеба, или чтобы жил легко, но не видел какую-то грань жизни? Мне кажется, что и писателю, и переводчику художественной прозы лучше быть обеспеченным человеком и творить без оглядки. То есть иметь другой источник дохода.

Вообще же художественный перевод - это очень интересное, творческое и трудоемкое занятие, которое должно соответственно оплачиваться.

Труд этот – не для всех. Ко мне часто обращается молодежь: вот, хотелось бы стать художественным переводчиком. Я прежде всего спрошу: а вы в своей жизни что-нибудь писали? Вели дневник, писали в стенгазету, сочиняли стишки? Если ничего этого не было, хорошим художественным переводчиком стать едва ли удастся. Ведь литературный талант, умение и желание писать проявляются достаточно рано. Если тебе в детстве не рассказывали сказки, не привили любовь к чтению – сколько ни старайся, а будут выходить суррогаты, усредненная литература. К сожалению, переводов такого уровня хватает.

Скажите, а у вас есть прогноз на будущее перевода? К чему мы идем?

Думаю, тут надо ориентироваться на Запад. Скажем, синхронный перевод там существует как работа, которая позволяет тебе нормально существовать. С художественным переводом сложнее – обычно переводчики, наряду с любимым делом, преподают язык в каком-либо университете. Наверное, и у нас будет так же. Кстати, когда я начинал переводить еще при Советском Союзе, гонорара за 2 переведенных романа было достаточно, чтобы просуществовать год. Художественный перевод не исчезнет, пока есть и интерес к чтению, к художественной литературе.

В одном из своих интервью вы упомянули некое «переводческое чутье». Скажите, что вы имели в виду?

Наверное, я хотел сказать, что переводчик не должен увлекаться. Переводчики – самостоятельные и яркие индивидуальности, поэтому им трудно удержаться от отсебятины. Но в переводе твои мысли никому не интересны, и нужно переводить то, что хотел сказать автор. Ты знаешь сюжет и можешь написать на эту тему сам и, возможно, даже очень неплохо, но тогда это уже будешь ты, а не он. И есть жесткие рамки, выходить за пределы которых нельзя. Ты должен четко понимать, что ты занимаешься именно переводом, а не чем-то еще. Именно поэтому я очень скептически отношусь к переводу поэзии. Я считаю это занятие очень сложным, и на выходе возможны только 2 варианта: либо это будет точный по смыслу перевод, но это не будет поэзия, либо это будут хорошие стихи на твоем языке, но тогда это не будет перевод. Ведь в поэзии, помимо смысла, есть такие понятия как ритм, подтекст, звуки, аллитерации. При переводе все это очень трудно передать. Например, Шекспир в переводе Пастернака – до какой степени это именно Шекспир?

Какие физические и моральные качества должны быть присущи переводчику?

Переводчик художественной литературы должен быть усидчивым, начитанным, должен уметь писать и настраиваться на чужую волну. Уже это дано далеко не всем. Что касается переводчика устного, то здесь все совсем иначе, кроме, конечно, знания языка. Здесь другой тип человека: подвижный, быстро соображающий, с фантазией. Живчик, короче говоря. Разных переводчиков можно различить даже по темпераментам. Мне кажется, что, синхронист – это сангвиник (активный, работоспособный, быстро принимает решения), а художественный переводчик – флегматик (усидчивый, трудолюбивый, основательный человек).

Расскажите, какая из переведенных вами книг запомнилась вам больше всего?

Первое, что приходит в голову - «Посредник» Л.П.Хартли. Это классик английской литературы 20 века. Почему именно эта книга? Во-первых, это мое первое серьезное переведенное произведение, которое было опубликовано в авторитетном издательстве «Художественная литература» (а в то время опубликоваться в «Худлите» значило очень много, мне было чем гордиться). Во-вторых, это очень интересная авторская работа. В книге мало диалогов, скорее, повествование представляет собой внутренний монолог. Он ведется от лица 13-летнего мальчика. Точнее, человек в 60-летнем возрасте вспоминает историю, которая с ним случилась, когда ему было 13 лет. В то время он оказался в центре любовной переписки, любовного треугольника, главной героиней которого была светская дама, женихом ее был некий граф, но влюблена она была в простого конюха. Переводить было интересно - история захватывающая сама по себе. Возможно, она была мне как-то близка.

Было и много других интересных работ - приключенческая, детективная литература. Например, Агата Кристи. С другой стороны, было много классики. Я в принципе всегда старался переводить только то, что мне интересно. Собственно, я не помню случая, чтобы я переводил какую-то книгу, и мне было бы скучно.

А запомнилась ли вам какая-нибудь конференция, в переводе которой вы участвовали?

Мне запомнилась история, когда пришлось переводить господина Руцкого (вице-президента при Ельцине). Это было лето 93-его – вскоре Ельцин разогнал парламент. Шла 3-х дневная международная конференция, и по программе оставалось лишь пленарное заседание, на котором работали я и еще один мой коллега. Вдруг оказалось, что на закрытие прибыл Руцкой. А он в то время был как раз на пике популярности, на пике власти. Ему предложили выступить, но он пожелал минут 15 просто понаблюдать за ходом мероприятия. В эти 15 минут меня сменил коллега, и я ушел проветриться (не люблю оставаться в кабине, когда напарник работает). Вернувшись минут через двадцать, я застал страшную картину: мой сменщик сидит, намертво вцепившись в пульт, и в бешеном темпе что-то переводит. Видно, что работает с неимоверным напряжением. Я надеваю наушники и слышу: выступает Руцкой, говорит чрезвычайно напористо, без всякого уважения к аудитории (к переводчику и подавно), в бурном потоке речи перескакивает с темы на тему, обрывает себя, нарушает фонетику, грамматику. Надо сказать, что мой напарник достаточно прилично знал английский (он или родился в Англии, или долго там прожил), и он, безусловно, не спасовал – выдавал мощные пулеметные очереди на английском, старался ничего не выпустить… однако при этом захлебывался, вслед за оратором сбивался, и возникала неизбежная в таких случаях грязь. И я, когда пришло время сменить напарника, заодно сменил и тактику. Я стал говорить ровно, спокойно, размеренно, постарался освободиться от напряжения в голосе. Оказалось, что при этом я ничего не терял - ведь в речи Руцкого было много мусора, оговорок, повторов. И результат оказался вполне достойный. После окончания заседания к нам подошли иностранцы и сказали: надо же, оказывается, как по-разному можно переводить! Вы, мол, оба работали профессионально, но подошли к переводу совершенно по-разному. Этим мне и запомнилась эта конференция: высокопоставленное лицо, трудный перевод и два совершенно разных подхода к решению одной задачи.

Этот случай можно обобщить - есть переводчики, которые говорят: «Я перевожу все». И действительно, они – наряду с сутью - переводят весь мусор, весь брак, все оговорки, поправки, искренне считая, что так и надо, забывая о том, что подобная подача плохо воспринимается на слух. Мне кажется, что лучше переводить ровно, размеренно, солидно и без суеты, чтобы не было ни малейшего сомнения в твоей компетентности. Перевод надо подать.

К чему вы имеете большую склонность: к синхронному переводу или к художественному?

Я люблю и то, и другое. Наверное, самое большое удовольствие я получал от синхронного перевода кино – можно сказать, что тут живой перевод сочетается с камерным. В свое время я кинопереводом занимался очень много, работал и на видео, и на кинофестивалях. Сейчас это ушло, перевода фильмов в таком виде уже нет. Фильмы, в основном, озвучивают актеры, а переводчик просто выполняет письменный перевод.

Как вы поддерживаете свой интеллектуальный уровень?

Я все время что-то читаю, что-то слушаю и убежден, что учиться никогда не поздно. Наблюдая за своими студентами, могу сказать, что, к сожалению, многим из них не хватает общего кругозора. Они далеко не всегда в курсе современной политики, экономической жизни, порой плохо знают американскую культуру, американское кино, историю, Библию. Лично я постоянно смотрю новые фильмы на языке, слушаю CNN, Russia Today, Sky News, BBC, это помогает поддерживать уровень английского. Обязательно что-то читаю по-русски.

А как вы поддерживаете физическую форму?

В молодости я играл в футбол, ходил на лыжах. Сейчас мой спорт – это теннис. Пару раз в неделю стараюсь поиграть, у меня есть постоянные партнеры – в том числе и коллеги. Конечно, это повышает тонус и помогает держать форму.

Какие планы на ближайшее будущее?

В переводе, надеюсь, больших перемен не произойдет – буду продолжать работать в режиме синхронного переводчика, преподавать перевод на факультете переводческого мастерства в МГЛУ. Что касается музыки, то после вышедшего в прошлом году альбома «Переводчик», собираюсь выпустить в свет новый альбом, процентов на 80% он уже записан. Кое-что из него я выложил на свой сайт, www.zagot.ru – можете послушать.

Дайте, пожалуйста, совет молодым переводчикам.

Никогда не терять оптимизма, положительно относиться к действительности. Что бы ни случилось в жизни, всегда будьте настроены на позитив. Проблем в жизни, разумеется, хватает. И твой личный негатив их только усугубит. А еще отсылаю молодежь к уже упомянутой песне «Переводчик» (она есть на сайте) – все советы молодым коллегам в ней есть.

И второе - надо все время над собой работать. Без постоянной работы хорошего переводчика быть просто не может. Будьте к себе построже – и все у вас получится!

Текст песни «Переводчик», гимна профессии:

ПЕРЕВОДЧИК

Ты людям должен помогать - внушал мне папа строго -
И, вот увидишь, жизнь твоя впустую не пройдет.
Однажды я старушку перевел через дорогу
И понял, что мое призванье - перевод.
С тех пор часы перевожу, когда в Сибирь летаю,
И тоннами бумагу день за днем перевожу,
И дух перевести я иногда не успеваю,
Поскольку переводу как солдат служу.


Всегда и всюду между двух, все время в середине:
То между нашим и чужим, то между двух огней,
То между небом и землей, когда сидишь в кабине,
А голова - машина между двух ушей.
Легко свихнуться: взад-вперед таскай чужие мысли,
А у тебя еще своих с тележкою вагон…
И переводчик мне напоминает пианиста,
В которого стрелять, конечно, не резон.


Ты переводчик - переводи, в первоисточник всегда гляди,
За словом, милый, не лезь в карман, импровизируй - как музыкант.
Родное ухо держи востро, не падай духом и будь здоров.
Ни дня без строчки, всегда в пути, ты переводчик - переводи.


А переводчика легко обидеть может каждый:
Мол, я не то хотел сказать, и переводчик врет.
Он черным белое назвал, и даже не однажды,
И никому такой не нужен перевод.
Быть иль не быть, известно всем, сказал бедняга Гамлет.
А может, он имел в виду: была, мол, не была?
А переводчик виноват, в него бросают камни
Поскольку дом его построен из стекла.


Ты переводчик - переводи, в первоисточник всегда гляди,
За словом, милый, не лезь в карман, импровизируй - как музыкант.
Родное ухо держи востро, не падай духом и будь здоров.
Ни дня без строчки, всегда в пути, ты переводчик - переводи.


А если потускнел твой мир переводных картинок,
И мыслями чужими неохота больше жить,
Придет почтовый перевод - и станет жизнь малиной,
Когда начнешь рубли в товар переводить.
И не беда, что ты в тени - ты на переднем крае,
И ничего, что ты свой бой всегда ведешь один,
Зато наводишь ты мосты и людям помогаешь,
Поэтому в крови кипит адреналин.

Екатерина Шаралапова – специально для переводческой компании (бюро переводов) «Экспримо» в рамках проекта «Легенды переводческого фронта» (www.ex-primo.com).

 Антон Успенский